Independent press          Свободная пресса          Вільна преса

Наши интеллектуалы способны предложить миру новую доктрину человеческого общежития, – Юрий Чудновский

27 ноября 2013, 13:00 0
Поделиться

Окончание. Начало читайте здесь.

«Ну и куда ты с таким умищем?»

Вопрос: Юрий Владимирович, какие факторы влияют на развитие талантов здесь, в Украине? Возможно ли в нашей стране сформировать государственную систему интеллектуального прорыва?

Ответ: Государственную, полагаю, нет. Вы же понимаете отличие общественного от государственного. Если мы во главу угла поставим государство, то сделать хоть что-то будет невозможно. Другое дело, что на каком-то этапе продвижения такого рода проекта государство может и должно быть подключено по очень узким функциям и абсолютно подконтрольно. Иначе оно все съест, испортит.

Это должно быть общественное движение. Отношение общества к интеллектуалам – очень важно. Опять же вспоминая Советский Союз, да и смотря на западные страны, огромное количество олимпиад, профессиональных конкурсов для детей – математических, химических, физических, шахматных – сильно повышало и самооценку участников этих мероприятий, и вообще отношение общества к этим людям. Их, по крайней мере, уважали, о них рассказывали, и это было массовое явление. Сейчас этого нет. Почти нет или практически нет.

Поэтому умные дети сталкиваются с вопросом: «Ну и куда ты с таким умищем?» Допустим, в классе подавляющее большинство детей может разговаривать только об очередном поколении айфонов. Читающий книжки в таком возрасте ребенок оказывается изгоем в классе, в своей микрогруппе. И ему легче жить книгами, чем найти себе компанию поговорить о них. И тогда оказывается, что нужно создавать условия для того, чтобы такие дети из разных классов имели возможность найти друг друга и поговорить.

Вопрос: Как?

Ответ: Клубы, сообщества, семинары, научные школы...

Вопрос: Кто это должен создавать?

Ответ: Те, кому это надо. Например, родителям этих детей. Ведь что нужно для того, чтобы собрать у себя на кухне пятеро детей и поговорить с ними о «Детях капитана Гранта»? Много денег надо?

Вопрос: Это ситуационно…

Ответ: А все ситуационно. Вы же не собираетесь найти универсальное решение проблемы – раз и на все времена? Да, ситуационно, да, сегодня это надо делать. Простаивают библиотеки, которые стали практически уже непосещаемыми. Нельзя все сводить к вопросу о деньгах и законах. Это вопрос воли. Если это кому-то надо, кто-то это сделает. Тот, кому надо.

Счастье в том, чтобы общаться в среде понимания

Вопрос: Как сделать так, чтобы было «надо»?

Ответ: Искать по одному человеку, собирать. Вы знаете, мы на наших семинарах и конференциях сталкиваемся с тем, что это на самом деле живет, и довольно активно. Есть очень много энтузиастов и волевых людей, которые это делают. Страна об этом ничего не знает. СМИ это не интересно, поскольку никого не изнасиловали, никого не зарезали, никто не заработал миллион. А о том, что с детьми ведутся фантастические работы, рассказать просто некому, нет средства массовой информации, формат которого соответствовал бы этому разговору. А значит, нужны специальные медиа, которые будут заточены на очень узкую аудиторию – тех, кому это надо. А значит, некоммерческие, созданные на энтузиазме.

Вот собрались мы с Вами. Завтра открыли сайт, начали публиковать интересные взгляды, идеи, обсуждать их. Сколько нам надо? Сто долларов на двоих мы как-то поделим? И сделаем это.

Как-то мы собрались с ровесниками – талантливыми режиссерами, осветителями, монтажерами с гигантским профессиональным опытом и школой. Сидели, общались и жаловались друг другу на то, что некому передать свои знания, умения, опыт. И решили: а что, собственно, мешает? И стали действовать. По знакомым сообщили, что они готовы отдать то, что у них есть. Набрали детей, организовали небольшую группу. И уже полтора года работают с молодыми ребятами, которым это стало интересно, кто хочет этим заниматься. Все. Они вместе снимают, монтируют – делают кино, репортажи, и здорово делают.

Вопрос: Хорошо, обсуждаем, говорим, передаем опыт и делаем талантливый продукт. Сделали – а дальше что?

Ответ: В этом и есть смысл взаимодействия – чтобы мы друг друга видели и слышали. Вы хотите, чтобы завтра все были накормлены и обуты? Ну нет, конечно. Счастье в том, чтобы общаться в среде понимания и чтобы такое сообщество начинало вокруг себя собирать людей. Все изменения делают единицы, а не массы. Вот такие кристаллики сейчас и возникают. Эти кристаллики сейчас, Бог даст, начнут между собой как-то взаимодействовать и находить друг друга. И это будет та кристаллическая решетка, которая может собрать по-иному вообще все общество. И ответить на смысловые вопросы.

Должно быть право на эксперимент

Вопрос: Не секрет, что наша общая система образования существует отдельно от процесса взращивания и развития талантов. Может ли она выполнять свою, возможно, даже ведущую роль в таком интеллектуальном прорыве? Что в ней нужно изменить и возможно ли?

Ответ: Изменить в ней нужно только одно – и это не наше изобретение – дать возможность экспериментировать. Общая система образования решает общую проблему подготовки социально адаптированных граждан. Больше ничего. Граждан, которые выйдут из школы приемлемыми для этого общества. Все остальное – это уже вопрос иной. Вопрос образования как механизма формирования будущего – это вопрос маленьких групп прорыва на отдельных направлениях.

Сегодня невероятно сложно добиться разрешения выхода за пределы тех норм и правил, которые установлены всей образовательной системой. А такую возможность надо создать. Тогда не на всем поле, а на очень узеньких, маленьких направлениях прорыва возникнет что-то новое, и это новое будет мостиками в будущее. А вся система будет очень медленно и неповоротливо продвигаться за такими группами прорыва. То же самое делать на отдельных направлениях фронта.

Потому что сегодня нельзя одним указом изменить всю систему образования. Это означало бы, что нужно заменить всех нынешних учителей на наставников с новым мышлением. Даже если бы мы нашли пять миллионов учителей с новым мышлением, а старых куда девать? Расстрелять, выгнать, бросить? В этом смысле это очень инерционная система, которая воспроизводит сама себя. И нельзя всю ее пытаться одним мановением волшебной палочки изменить. Нужны направления прорыва. Вот это, с моей точки зрения, главная задача. Если государство ее решит – как, не навредив детям, их здоровью, создать такие оазисы для чего-то нового, тогда у всей системы образования и общества в целом появится шанс.

Вопрос: Могли бы Вы посоветовать государственным мужам, как создать эти оазисы?

Ответ: Здесь опять же не надо быть семи пядей во лбу. Все известно, нет никаких сверхсекретов. Причем это несложно.

Право на эксперимент должно быть! Право на новое, на новаторство. Советский Союз в свое время запустил целое созвездие экспериментов.

В 1958 году на базе одной из московских школ была открыта лаборатория советского психолога Даниила Эльконина «Психология младшего школьника». В 1976 году аналогичная лаборатория другого педагога и психолога Василия Давыдова получила план-заказ от Минпросвещения на разработку содержания начального образования. А в 1991 году образовательная система Эльконина — Давыдова официально вошла в педагогическую практику и до сих пор применяется в нескольких российских школах.

Суть методики: в классах была полностью отменена система баллов для оценки знаний учеников, как нивелирующая интерес к учебному процессу. Оценки выставляли сами ученики и учителя, ведь это способствует дружественной психологической обстановке. Главная цель методики – в формировании у детей аналитического, теоретического и логического процесса мышления. Обучение происходит прямо на уроке, а домашние задания упрощены. Дети не должны изучать сложные формулы и теоремы, система обучения была облегчена и доступно изложена для понимания.

Но в этом-то и отличие от обычной системы образования, где развитию этих процессов мышления уделяется внимание только в старших классах – в школах системы Эльконина — Давыдова все наоборот. В классах ведутся групповые и дискуссионные занятия, которые помогают деткам адаптироваться в коллективе, развивать лидерские качества. Они учатся высказывать свое мнение, аргументировать его и отстаивать перед аудиторией, обучаются методам ведения конструктивного диалога, умению делать выводы. И что интересно, всю познавательную информацию ученики находят самостоятельно и представляют в качестве собственной лекции для других. Каждому дают право слова: они могут хвалить или критиковать (но только по сути) своих оппонентов.

Создание математических, физических школ, связанных с искусством, иные психологические подходы к детям – это все было заложено в советское время.

Вопрос: Что это дало таким детям, как повлияло на их реализацию?

Ответ: Выпускники тех, еще экспериментальных школ Эльконина — Давыдова сегодня составляют интеллектуальный цвет общества – теперь уже всего постсоветского пространства. Это самые известные люди в своих профессиональных сферах. По крайней мере больше половины моих знакомых, окончивших такого рода образовательные заведения, занимают сейчас ведущие интеллектуальные позиции в России, Украине, Казахстане. Это не должности или посты. Когда речь заходит о том, кто какое образование получил, то выпускники этих школ, прежде чем называть вуз, как правило, говорят: «Окончил школу по методике Эльконина — Давыдова». И это высшая из рекомендаций.

Услышать тех, кому есть что сказать и предложить обществу

Вопрос: Этот формат мы можем «взять» из Советского Союза. Что мы можем взять, как Вы думаете, из опыта других стран?

Ответ: Во-первых, методика Эльконина — Давыдова стала мировым достоянием. Но я Вам перескажу опыт одной своей знакомой. Она – этническая финка, одна из немногих эмигранток из Финляндии в Украину. Работает в интернате для детей с отклонениями в психическом развитии. Оказывается, рассказы про медлительность скандинавов – байки.

Доктрина скандинавского образования базируется на двух словах: «вовремя» и «вместе». Всего два слова. В частности, что значит «вовремя»? С четвертого класса финские дети изучают предмет «планирование жизни». Идея очень простая. На этих уроках ученики – сначала на короткий период (четверть или триместр) – планируют достичь неких показателей, на которые они должны выйти: например, закончить его без троек. И двигаются в этом направлении. Когда наступает рубеж, обсуждают, что получилось, что – нет. А на следующем этапе они создают планы уже с расширением этого горизонта.

Представьте себе сложность такой работы для наших школьников. Они вообще умеют думать о том, чему они учатся, зачем они учатся, как они будут учиться завтра?.. А дети, выходя из финской школы, имеют план жизни. Понятно, что он у них будет меняться. Но он есть! Это значит, что у них поставлена рефлексия, они понимают свои возможности, увидев на практике, как они достигали или не достигали своих целей. Это совершенно другая идеология образования.

Такую методику у скандинавов точно надо перенимать. Хоть это сделать не так просто...

Вторая часть скандинавской доктрины – «вместе». В ней тоже заложена психологическая методика «начало и конец». Представьте себе урок рисования в школе для детей «с особыми потребностями». Они сидят за круглым столом вместе с учителем, рисуют, у них – карандаши, краски, бумага, что-то еще. Когда звенит звонок, ученики должны оставить эти принадлежности и выйти на перемену, но так, чтобы у всех на столе было убрано и чтобы все лежало в определенном порядке. Им объясняют, что так надо.

Какая-то часть детей заведомо сложит вещи в определенном порядке. Другая часть детей (или те же самые дети) сложат за теми, кто убежал, не сложив, и это тоже приветствуется. Но самая высокая оценка выставляется тем, которые убеждением добиваются того, чтобы те, кто вчера убежал, сегодня сложили. Это и есть работа «вместе». В результате все получают общее поощрение. Вот Вам и два слова – «вовремя» и «вместе».

Я хочу сказать, что и у нас в образовании имеется невероятное количество очень талантливых и прогрессивно работающих людей, которым есть что сказать и предложить обществу. Просто их нужно услышать, им нужно найти место. Сейчас это «полуподпольные экспериментаторы», единицам из которых удается открыть свои школы. А за этим надо следить. Каждого из таких новаторов надо знать, любить, оберегать, холить и лелеять!

Ответы придется давать тем, кто «из одного паровоза выскочил, а в другой не вскочил»

Вопрос: Вернемся к нашим талантам – маленьким и большим, слабым и сильным. Что может помочь украинцу стимулировать свое развитие здесь, в Украине?

Ответ: У меня есть очень радикальный рецепт – заставить себя не доверять телевидению, масс-медиа. Тогда есть шанс, что человек научится думать своей головой – не просто наблюдать за тем, что происходит, а анализировать. Самое страшное, что нас калечит и уродует, – это слепое доверие средствам массовой информации. Вырваться из-под этого пресса очень сложно.

Вопрос: Каким образом это можно сделать?

Ответ: Нужно понимать, что большинство каналов ТВ и других СМИ навязывают интерпретации событий в чьих-то интересах. Тех, кто стоит за их спиной. Это не имеет отношения ни к правде, ни к истине, ни к моим интересам, ни к Вашим, ни к информации, ни к фактам, ни к чему. В таких интерпретациях применяются инструменты манипуляции нашим сознанием. И если попытаться очистить его, хотя бы засомневаться в каждом (!) услышанном слове, есть шанс, что нам удастся понять хоть немножко из того, что происходит в реальности.

Вопрос: В начале нашего разговора Вы сказали, что Украина может предложить миру свои смысловые ответы. Какие именно? Какие вопросы мы видим иначе, чем другие сообщества?

Ответ: Мы можем дать миру ответ на вопрос: «если не так, то как иначе жить?» Если жить не в глобалистике, то как по-другому? И этот ответ не даст ни Америка, ни Европа, поскольку они до бесконечности будут длить идею глобализации. Этот ответ придется давать тем, кто «из одного паровоза выскочил, а в другой не вскочил». Есть шанс. Нет уверенности, но я допускаю, что именно здесь найдутся такие «странные люди», интеллектуалы. Или даже так: некая сеть интеллектуалов с постсоветского пространства, с вкраплением высших интеллектуалов Европы и Америки, может создать новую доктрину человеческого общежития.

Мы вынуждены будем дать какой-то ответ. Может быть, он будет и неправильным. Или, наоборот, самым правильным. Но какой-то ответ на то, как жить, давать придется.

Поделиться

Комментарии

0

Комментариев нет. Ваш может быть первым.

Последние новости

читать
Мы в соц.сетях