Independent press          Свободная пресса          Вільна преса

Студенческий радикализм нужно направлять на достижение благородных целей

18 ноября 2013, 12:45 0
Поделиться

Онлайн-студия «Inpress-клуб» — проект информационно-аналитического портала Inpress.ua. В прямом эфире без купюр и монтажа читатели нашего портала могут стать наблюдателями и участниками интересных бесед, острых дискуссий, обстоятельных интервью.

Гостями «Inpress-клуба» становятся лидеры общественного мнения, популярные ньюсмейкеры, любимцы публики, признанные авторитеты и другие люди, чье мнение интересно широкой аудитории.

Напомним, в среду, 13 ноября, в онлайн-студии «Inpress-клуб» в прямом эфире был руководитель Института украинской политики Кость Бондаренко, с которым мы обсуждали тему: «За шаг до ассоциации: успеет ли Украина выполнить все необходимое для подписания Соглашения с ЕС?»

А в пятницу, 15 ноября, онлайн-студию «Inpress-клуб» посетил глава Украинского студенческого союза Станислав Куценко, с которым мы обсуждали тему: «Студенты и преподаватели: противники или союзники?»

Ведущий: Добрый день. В студии — «Inpress-клуб». Это проект информационно-аналитического портала «Inpress.ua». Сегодня мы будем говорить о взаимоотношениях преподавателей и студентов украинских университетов. Я буду выступать не только в качестве ведущего, но и отдуваться за преподавателей. У нас в гостях Станислав Куценко, глава Украинского студенческого союза. Задаю вопросы и даю ответы на них я, Евгений Магда, доцент Издательско-полиграфического института НТУУ КПИ. И первый вопрос — вопрос дня: соответствует ли состояние высшего образования в Украине потребностям студентов и преподавателей?

Куценко: Я думаю, что ответ на этот вопрос очевиден — не соответствует, потому что нельзя сказать, что был значительный прогресс за годы независимости. Даже мировая общественность говорит о том, что надо реформировать образование. В Украине те принципы, что использовались ранее в советском образовании, может быть, они и были прогрессивными, но они потому и называются советскими, что они были прогрессивными в то время. Сейчас надо думать, что давать студенту, а это, прежде всего, практические знания и навыки, чтобы он мог получать не оторванные от реальной жизни знания, а то, что нужно для того, чтобы сразу устроиться на хорошее рабочее место или открыть свое дело и там создавать новые рабочие места.

Ведущий: Я, наверное, позволю себе такую ремарку, что наша система образования остановилась на полпути между бывшей советской и современной европейской или американской. Мы, с одной стороны, имеем возможность наблюдать, как это происходит на Западе, но иногда мы: и преподаватели, и студенты, наблюдаем, словно в цирке или в зоопарке за тем, что происходит на арене или в вольерах, но сами не имеем возможности принимать полноценное участие. Многие преподаватели отмечают, что общей уровень студентов понизился, но количество талантливых студентов осталось прежним. Вы согласны с этим — глядя с другой стороны баррикад?

Куценко: Согласен, поскольку наш народ талантливый, точно так же, как и талантлива молодежь, просто те разработки, которые дает молодежь, сегодня негде внедрять. Что касается представителей технических специальностей, то нет базы, чтобы реализовывать их наработки. Соответственно, есть отток мозгов за границу, потому что там есть база. Возможно, количество талантливой молодежи не уменьшается в процентном отношении, но отток постоянно увеличивается. Над этим надо думать и надо исправлять ситуацию. Про гуманитариев можно говорить, что все больше молодых людей делают акцент на языках — они в свободном доступе. Их можно изучать в университете, на курсах, либо просто скачать аудиокнигу и таким образом совершенствоваться. Если говорить об общемировых тенденциях, то сейчас очень популярно онлайн-образование.

Есть сайты в США, которые уже распространяются на весь мир, и в Киеве уже открывается один из вариантов такого образования. Университет Шевченко уже провел первый онлайн-курс, его уже даже опробовали и провели тестирование. Это говорит о том, что эта тенденция имеет место. Главным вопросом остается, как проверять качество усвоенного материала и как тестировать этих студентов. В США этот вопрос решили таким образом, что есть веб-камера, есть протокол ведения и записи сдачи этого экзамена под наблюдением преподавателей. Но они еще работают над процессом верификации правдивости полученных данных, потому что списать всегда есть возможность — можно с мобильного в гугл зайти. Но этот вид все больше развивается, и это говорит о том, что зарождается новый тренд, старт которому был дан пару лет назад, и закрепился он на Всемирном экономическом форуме в Давосе, когда ведущие бизнесмены мира сделали акцент на том, что это можно и нужно развивать.

Ведущий: Я со своей стороны скажу о личном опыте. Моя преподавательская карьера началась еще в прошлом тысячелетии. В 1996 году я стал ассистентом на историческом факультете университета имени Шевченко, и признаюсь, что после 5 лет работы я ощущал некоторое разочарование, возможно, потому что я не прошел аспирантуру. Я со студенческой скамьи перешел сразу на преподавательскую кафедру: вел семинары, читал спецкурсы. Я ушел с преподавательской работы, потом вернулся и после некоторых пертурбаций оказался в КПИ, сейчас работаю, обучаю будущих рекламистов. И могу сказать, что уровень студентов достаточно высокий.

Я не принадлежу к числу преподавателей, которые утверждают, что все плохо. По моему мнению, что если все плохо в студенческом кругу, то возникают вопросы о профессиональной пригодности преподавателя. Это палка о двух концах. Нельзя говорить, что плохие и студенты, и преподаватели. Истина всегда посередине. Я с вами согласен по поводу языков, но из своего преподавательского опыта могу сказать, что очень часто молодые люди считают, что знание языков могут подменить и другие глубинные знания. Я думаю, что эта болезнь роста, потому что в СССР изучению языков уделялось не так много внимания, а сейчас в независимой Украине английский и другие иностранные языки приобрели большее распространение.

Следующий вопрос будет острым. Не секрет, что сегодня в украинских вузах процветает взяточничество. Что, на Ваш взгляд, поможет искоренить это явление и как должны реагировать студенты, нарвавшись на преподавателя-взяточника?

Куценко: Наша студенческая организация в 2007-2008 гг. проводила антикоррупционную кампанию. Это был автобусный тур по регионам Украины. У нас были поездки на Запад, на Восток и на Юг. И они как раз были для того, чтобы, с одной стороны, проводить разъяснительную работу, а с другой стороны, узнать, что делается в наших вузах. Там очень глубоко изучили эту проблему и поняли, что рано или поздно это все упирается в безнаказанность преподавателей-взяточников.

Здесь есть сложная оставляющая, потому что рука руку моет, это в интересах обеих сторон. Если студент на 3-5 курсе идет на работу, ему легче решить вопрос за деньги, поскольку за это время он больше заработает, для преподавателя это выгодно, потому что это дополнительный доход. И эта система будет и дальше работать. Но есть сознательные студенты, которые хотят с этим бороться, и это хорошо. Вопрос в том, куда будет направлена их энергия. Максимум, это будут письма в Министерство, которое отреагирует, даст рекомендации, возможно, преподаватель будет уволен, но наступления уголовной ответственности после этого не происходит. В Херсоне и Николаеве, когда мы ездили, говорили, что знают фамилии людей, которых снимали, а потом возвращали на ту же самую должность. Это стандартное явление, к сожалению. Есть взяточничество, и есть коррупция.

У нас говорят, что взяточничество — это не так страшно, потому что преподаватель университета не распоряжается государственными деньгами, поэтому это не коррупция и на это можно закрывать глаза. Но это неправда. Должны быть соответствующие изменения в законодательстве, которые бы более жестко регулировали эти вопросы и позволяли привлекать к ответственности, если преподаватель берет взятки. Ректор, декан, преподаватель — это должностные лица образовательного учреждения, альма-матер, где студент получает первые жизненные навыки. И что он там видит? Потому что семья — это одно, а потом он фактически на 5 лет от семьи отрывается, едет в другой город и там чему-то учится. Поэтому в университете должны быть не просто должностные лица, а высокоморальные личности, которые отвечают за развитие молодого человека, даже ребенка, если кто-то в 16 лет поступает.

Ведущий: Я здесь с Вами полностью согласен. Я вообще считаю, что со взяточничеством надо бороться жестко. Не хочу это явление оправдывать низкими зарплатами и всем остальным, потому что каждый сам для себя выбирает злоупотреблять ему своим служебным положением или нет. К счастью, по моим наблюдениям, в ведущих университетах таких проблем практически нет, больше эта проблема спускается на периферию. Возможно, там меньше возможностей для самореализации преподавателей, не знаю, тяжело сказать. Я лично не сталкивался за 10 лет преподавательского стажа с предложениями взятки. Думаю, что не надо искать этому оправдание, а надо говорить о том, что взяточничество недопустимо и по моральным, и по законным причинам. Тут двуединые причины. Взяточничество ничему хорошему студенчество не научит ни в коем случае.

Куценко: Я еще хочу добавить, что я учился в Киево-Могилянской академии, и хочу сказать, что коллектив тоже определяет некий вектор. Там зарплаты такие же самые, что и везде по Украине, но я с этим не сталкивался, это было противно для меня. И было просто смешно, когда некоторые студенты, которые скачивают рефераты, не стараются учиться, ходили с этими рефератами по 10 раз, пока не сдавали его. Они абсолютно ничего не могли добиться каким-то другими путями, потому что там нет таких традиций, и это было нонсенсом.

Ведущий: Я думаю, что здесь больше надо говорить не о традициях. Многое зависит от людей, занимающих административные должности — заведующих кафедрами, деканов, ректоров, создающих соответствующую атмосферу в вузе.

Ощущают ли студенты и преподаватели эффективность Болонской системы в украинских реалиях?

Куценко: Болонская система еще несколько лет назад проходила тестирование в Европе. Она уже отработана в некоторых пунктах. Мы всегда знаем о переложении иностранного опыта на украинские реалии. К сожалению, повторяются ситуации, когда этот опыт извращается. Кредитно-модульная система, когда можно было не ходить на некоторые пары, обернулась сейчас против студента. Если ты пропускаешь пары, то у тебя нет допуска к модулю, ты его не можешь сдать.

У нас произошло извращение этой системы, и поэтому вопрос, насколько быстро мы в нее интегрируемся, остается. Либо общество не готово, либо административные органы не способны еще в полной мере осознать, насколько это важно. Для студента очевидно, что эта система правильная. Ты учишься год-два в своем вузе, потом поехал в Европу и там продолжаешь учиться — это позитив. Но урегулировать нормативно-правовые акты, отработать практические шаги по реализации: если Болонская система утверждается законом, то должны быть определенные указания Минобразования и науки, которые пошагово расписывают, что означает Болонская система в европейском понимании, потому что есть ректора, которые много лет возглавляют университеты, и им эти новации очень тяжело даются. Они иногда сознательно идут на то, чтобы блокировать эти инновационные процессы. Для них должны быть инструкции по внедрению и санкции за невнедрение для того, чтобы это работало в Украине.

Ведущий: Это логично. Я скажу по своему опыту, первое, что я всячески приветствую —Болонская система позволяет студентам быть более мобильными. На нынешнем месте работы я столкнулся с тем, что далеко не все бакалавры стали магистрами. Некоторые не поступили в магистратуру и поехали за границу продолжать образование. Это нормальный процесс. То, как Болонская система внедряется в украинскую систему образования — не совсем правильно. Это как взломанная лицензионная компьютерная программа, которая работает не всегда корректно. Например, иногда баллы стоят на «вершине», и поэтому я часто сталкиваюсь с тем, что студенты за деревьями баллов не видят леса знаний. Стараясь заработать как можно больше баллов, в конце модульного контроля или в конце семестра преподавателю приходится выдерживать натиск.

Но, с другой стороны, это стремление студентов к поиску новых методов. Я считаю, что Болонская система все-таки должна поддерживать настоящую автономию вузов, пока они остаются достаточно зарегулированными со стороны Министерства. Могилянка, Шевченко, КПИ, Острожская академия, Харьковская юридическая академия (не хочу ограничиваться только столицей) — есть достаточно учебных заведений, которые могут претендовать на автономию не без оснований. Еще один момент. Возможно, это мысль для Вас как главы студенческого союза будет не очень популярной, но я думаю, что в Украине слишком много университетов. Больше 800 — это много. Мы чуть ли не рекордсмены Европы в этом вопросе. Это привело к тому, что у нас через примат высшего образования фактически размылось среднее профессиональное образование, то есть люди, которые получают рабочие профессии и могут за счет своего квалифицированного труда тоже оказаться в числе среднего класса, очень часто были вынуждены получать сначала диплом о высшем образовании, которое им не понадобится, а потом уже искать себя в профессии.

Куценко: Я Вас поддерживаю относительно количества вузов. Вообще, роль студента сейчас в значительной степени нивелировалась. Это уже превратилось больше в конвейер. Университеты иногда бывают в 3-комнатной квартире, просто штампуют дипломы. Я думаю, что с этим надо бороться. Мы вспоминали про онлайн-образование, и все больше молодых людей обращает внимание именно на это образование. Недавно была принята стратегия молодежной политики в Украине, и там есть хороший пункт, что скоро планируют признавать дополнительные навыки, полученные не в университете, определенными документами. Не обязательно будет показывать свой диплом, достаточно показать сертификат.

Сейчас с Украинским студенческим союзом мы основали Академию навыков — это основа образования и построения карьеры. Она заключается в том, что мы молодым людям даем знания, такие как управление своим временем, стрессоустойчивость, умение себя презентовать, первое собеседование с работодателем, как составить правильно резюме, и английский язык там будет, и другие — это вещи, которые нужны, чтобы был определенный мостик между теоретическими и практическими знаниями. Эта система является своеобразным социальным лифтом, и молодой человек, не имея денег и контактов, просто работая над собой, может достичь определенного успеха. Нас уже поддержало Министерство молодежи и КГГА. Мы были соавторами этого проекта. И есть коммерческие компании, «МТС», к примеру, и это правильно, потому что эти компании будут брать потом на работу этих людей. Мы обучаем на нашем портале этим вещам, потом люди проходят аттестацию, усвоили ли они этот материал, и компании могут отслеживать их личный рост. У него может быть диплом бакалавра или специалиста, но он уже будет иметь больше шансов, большую конкурентоспособность по сравнению со своими одногодками и теми, кто выпустился по аналогичной специальности.

Мы дискутировали с министерством, как нам технические профессии охватить. Само собой, будут определенные курсы о том, каким образом внедряются инновационные технологии на производстве, потому что если человек учится в университете и у него нет современного станка, и он не может пройти практику на таком предприятии, где есть современный станок, то он может войти в онлайн, затем, возможно, с выездом на эту компанию, которая с нами сотрудничает, показать молодому человеку, где он может работать. Такую функцию мы хотим сейчас сделать, и проект сейчас набирает оборотов.

Ведущий: Я с Вами согласен, поскольку в советские времена бытовало мнение, что молодой специалист, приходя на производство, должен забыть все, чему его учили. Сейчас время летит настолько стремительно, что это слишком большая роскошь — забывать то, чему учили на протяжении 5-6 лет. Потраченное зря время — это слишком много для молодого человека.

Следующий вопрос: какие политические силы активно работают в студенческой среде?

Куценко: Много радикальных сил. Есть такая фраза, что каждый человек в молодости должен быть коммунистом, потом — демократом, а в более зрелом возрасте — консерватором. Большинство студентов хотят радикальных изменений, поэтому все радикальные движения популярны. Но вместе с тем, многое зависит и от самого молодого человека, как он строит свое мировоззрение. Сейчас, к сожалению, политическая активность снизилась. Почему к сожалению, — поскольку все-таки надо интересоваться тем, что происходит в стране, иначе студенчество будет тем инструментом, который используют только для того, чтобы носить флаги. Это позорная роль. Я хочу сказать, что так было не всегда в независимой Украине, это происходит последние 10-15 лет. Раньше, как мы помним, Украинский студенческий союз был участником «революции на граните» в 1990 году. И последующие студенческие организации, которые возникали, были носителями прогрессивных идей, и нашу организацию включали в комиссию по созданию новой редакции Конституции Украины. Сейчас это все превратилось в формальность.

Молодые люди должны интересоваться теми процессами, которые происходят в стране. Это может происходить и через общественные организации, если их политика не интересует. Если процент вовлеченных в политику молодых людей будет увеличиваться, соответственно, их процент будет расти и в обществе, их будет не 3-5%, как сейчас, а хотя бы 10-15%.

Ведущий: На самом деле, в молодежной среде более активны левые и правые радикалы, потому что очень часто на людей без достаточного жизненного опыта, но с природным максимализмом, легче, лучше и более интенсивно влияют радикальные идеи, что часто приводит, будем надеяться, к дискуссионным, идеологическим стычкам, чем к физическим. Напомню, что в учебных заведениях политическая пропаганда запрещена, но это не исключает возможности студентам больше говорить о политике.

Я согласен, что не стоит сводить роль студентов к наемным флагоносцам. Эта функция студентов зачастую не от хорошей жизни, а потому что и не слишком большие стипендии, очень часто приходится платить и за общежитие, и за учебу, и надо купить какую-то книгу или просто потратить какие-то деньги на развлечения. Я считаю, что это вина взрослых политиков, а не сознательный выбор студентов. Я думаю, что наличие у большинства партий молодежного крыла позволит реализовать себя молодым людям. И хотелось бы, чтобы мы говорили не только о гендерных перспективах, но и чтобы взрослые политики активнее давали своим молодым коллегам себя реализовывать на политическом поприще.

Есть вопросы у журналистов Inpress.

Екатерина Гопкало, журналист Inpress.uaМогут ли студенты стать проводниками социального протеста, как это было, к примеру, во Франции? Что их может побудить к этому?

Куценко: Толчком чаще всего становятся социальные и иногда гуманитарные проблемы. Что касается гуманитарных, то можно вспомнить 2010 год, когда были определенные несогласия с некоторыми действиями Министерства науки и образования. Социальные — в конце 90-х была борьба за льготы студентов на транспорте. Тогда хотели отменить 50%-ю льготу на проезд в поездах, но студенты тогда смогли отстоять, и была проведена реформа для того, чтобы это закрепить раз и навсегда. И эта льгота действует до сих пор. И студенты могут быть такими проводниками. Пример революции на граните я уже приводил, это говорит о том, что общество у нас может и знает, как это делать.

У нас, возможно, есть некие периоды сна. В 2004 году студенты тоже выходили на улицу. Когда Киево-Могилянская академия приняла участие в забастовке, я был главой студенческой коллегии. Тогда студенческое самоуправление проводило большие митинги на Майдане, возле Могилянки. Эти периоды цикличны, и очень важно, чтобы у наших властителей появилось уважение к молодежи. Украинский студенческий союз есть членом европейского демократического студенчества. Я вижу, как у них осуществляется подход к партийному лидерству, к руководству ЕС. Их молодежным организациям уже по 50 лет. И кадры растут. Они становятся помощниками депутатов парламента, потом они становятся депутатами, потому что у них, слава богу, разделена власть и бизнес, и они реально могут дорасти до того, чтобы стать руководителями ЕС.

Например, в нашей организации был активист лет 30 назад, сейчас этот человек — советник президента Жозе Мануэля Баррозу. Он вырос из студенческой организации. В Украине тоже все возможно, студенты могут показывать зубы, когда это надо. Единственно, что не надо слишком доставать студентов, чтобы этого не случилось.

Ведущий: Чтобы стать проводниками социального протеста, студентам следует вспомнить слова их ровесников из Франции 1968 года: будьте реалистами, требуйте невозможного. Тот радикализм, который свойственен молодым людям, надо направлять на достижение высокой цели. Я думаю, что это самый лучший способ избежать каких-нибудь манипуляций в отношении студенчества со стороны политиков, которые хотят их использовать исключительно в личных целях.

Екатерина Гопкало, журналист Inpress.ua: Как лучше должен студент строить свое будущее: учиться пять лет на красный диплом, а потом искать работу, или работать с первого курса, а за оценки платить?

Куценко: По поводу работы — надо идти работать даже в старших классах школы. Я продавал газеты, и ничего в этом страшного не было. Когда учился в университете, подработками стали промоутерство, разные акции и т. п., и я все успевал, у меня красный диплом и за магистратуру, и за бакалаврат. Эти вещи можно соединять.

Иногда можно переходить на индивидуальный график. Единственное, работа не должна полностью заменить сам процесс образования. Это будет неправильно, потому что человек пришел в вуз учиться, и надо получать определенные знания. Но нужно знать, что рынок меняется каждые 3-5 лет, в ІТ-технологиях еще быстрее. Молодой человек не должен быть ленивым, он долен постоянно получать новые знания.

Не должно быть потребительских настроений — что ты приходишь в университет, и там тебе все в запакованной коробочке дают, ты оттуда выходишь супер-специалистом, и тебя берут на работу. Такого нет, не будет, и в Европе и в США это уже поняли, эти времена уже прошли. И выпускники Гарварда и других престижных вузов тоже не могут трудоустроиться на нормальную работу. Что тогда говорить про Украину. Поэтому эти все вещи надо самостоятельно налаживать, учиться и следить за изменением рынка. Потому что амбиции студента, когда он выходит из вуза и сразу хочет классную работу и высокую зарплату — с этим и вещами надо работать. Мы студентам поясняем, что должен быть определенный буферный период, надо влиться в компанию, понять ее корпоративные ценности, наладить коммуникацию с коллективам и понемногу начинать расти. Тогда это будет реально. Во время обучения можно и нужно работать, но понемногу, чтобы это не вредило учебе.

Ведущий: Я согласен с коллегой. Я тоже пошел на четвертом курсе работать в школу. Учился во вторую смену, а в первую учил школьников. С первыми моими учениками была разница в 5 лет. И как профессиональный, преподавательский опыт был интересный, который потом в жизни пригодился.

Если говорить о ситуации на рынке труда, то с точки зрения украинского работодателя идеальный претендент на должность — это человек молодой, но с опытом и в курсе последних тенденций в той деятельности, на которую он претендует. Студенты в чем-то обречены на то, чтобы искать способы для получения позитивного опыта работы. В плане совета я бы сказал, что студенты должны уметь договариваться. Подчеркиваю — не имею в виду коррупционную составляющую.

Не надо считать, что даже те студенты, которые работают на хорошей работе, придут и засыплют купюрами всех преподавателей, с которыми они сталкиваются на протяжении семестра. Дело в другом. Если студент решил, что он работает… ведь бывают разные обстоятельства. Человек не имеет иного выхода, кроме как работать, для того, чтобы содержать себя. Но студент, который ставит преподавателя в конце семестра перед фактом, что он работает, — это не всегда воспринимается адекватно.

Я думаю, что намного проще в начале семестра работающим студентам пообщаться со всеми преподавателями, понять, какие у них требования, какие перед ними могут быть поставлены задания для того, чтобы они были допущены к экзаменам и зачетам, а уже потом… Станислав говорил об обучении тайм-менеджменту, то это, если хотите, элемент этого тайм-менеджмента. Понятно, что молодым людям больше хочется тратить время на развлечения. Но мы живем в такой сконцентрированной жизни, что такое ощущение, что за свою жизнь мы проживаем несколько жизней по сравнению с нашими предками благодаря современным технологиям и тому, что темп жизни действительно высокий.

Вопросы от наших читателей. Виталий из Николаева спрашивает: «По Вашему мнению, чего украинским студентам сегодня не хватает? Какие блага, материальные и моральные могли бы украсить и обогатить жизнь студенчества?».

Куценко: Необходим баланс, потому что в этом и состоит смысл нашей жизни — мы постоянно ищем баланс между работой и учебой, семьей и работой и т. п. Поэтому, безусловно, для мужчины материальное важно, потому что ему кормить семью и обеспечивать ее. Поэтому студент, когда идет на работу, он должен понимать, что карьера — важный аспект, но нельзя нарушать моральные принципы ради нее. Можно, конечно, идти по головам, но будет ли это морально, нужно знать, потому что ты можешь достичь высот, но рано или поздно жизнь даст тебе по одному месту за то, что ты не придержался этих моральных вещей, и это отразится если не на тебе, то на детях.

Что касается женщин, то это уже им решать, какую судьбу избрать. Сейчас расширяется феминизация. Я не буду высказывать свое мнение в этом плане, это право женщин — решать. Но всегда надо помнить, что ребенок воспитывается в семье, и ему надо уделять время. Есть мнение о том, что мужчина — стержень семьи, а женщина оберегает очаг семьи, и она должна думать о моральном климате в семье. Если говорить о балансе морального и материального, то я думаю, что молодому человеку на первых этапах надо строить карьеру. Возможно, это будет не работа в компании, а человек откроет свое дело, и, возможно, это потом станет семейным бизнесом — почему бы и нет? Если это будет семейный бизнес, то здесь будут объединены и материальные доходы, и вместе время будут проводить, а это будет сближать семью.

Поэтому студент украинский всегда должен оставаться моральным. Я на этом настаиваю и думаю, что никто с этим спорить не будет. Накопление материальных благ не должно идти этому в ущерб.

Ведущий:
(Алина из Запорожья): «Помогает ли объединение двух профессий — журналиста и преподавателя — в преподавательской работе? Каким является влияние опыта публицистики на работу со студентами?»

Я скажу, что влияет, потому что я в своих журналистских публикациях или экспертных комментариях делаю поправку на то, что меня могут читать мои студенты. Это меня не то что сдерживает, но вынуждает еще выше поднимать планку, потому что я уверен, что преподавание — это больше призвание, чем просто то, чем человек занимается для того, чтобы достичь профессиональной самореализации. Поскольку, работая с молодыми людьми, постоянно сталкиваешься и с новыми темами, взглядами, подходами, с новыми вариантами решения старых проблем, то действительно это объединение, в моем случае до определенной меры это есть идеал.

Екатерина Гопкало, журналист Inpress.ua: Как решаются возможные конфликты преподавателей и студентов у нас в стране? Существует ли негласное правило, что преподаватель всегда прав, а студент как раз прав никаких, в общем-то, не имеет?

Куценко: Молодой человек, когда приходит в вуз, уже становится зрелой личностью, можно и в 16-17 лет стать студентом, но это самостоятельная единица, которая есть личностью в обществе, и ты имеешь право на свою позицию. Когда возникают конфликты между преподавателем и студентом, я бы посоветовал обращаться в органы студенческого самоуправления. В некоторых вузах активны профсоюзы. Есть некое объединение студентов, способное встать на защиту студента. Если мысль абсурдна у какой-то из сторон, то этот вопрос можно решить. К сожалению, нельзя говорить, что студенческое самоуправление сильное в Украине, но уже есть законодательная база, которая обеспечивает его деятельность, и его роль должна увеличиваться. Это не должен быть только орган, организующий культурно-массовые мероприятия. Это должен быть орган, который принимает участие в жизни университета. Поэтому его роль должна увеличиваться.

Мы уже вспоминали о Франции, там студенческое движение довольно сильное, в Европе оно также сильное. Поэтому в вопросе решения конфликтов между преподавателями и студентами я бы ему большую роль отвел, если это не удается решить на индивидуальном уровне.

Ведущий: Я думаю, что подход, что преподаватель всегда прав, а если он не прав, то смотри пункт первый — устаревший. Скорее, преподаватель должен иметь моральное право сказать студенту — делай, как я. В том смысле, что он должен передавать свои знания, опыт. Чем больше преподавателей-практиков, которые с одним конспектом лекций преподают не один год, а которые постоянно обновляют свои знания, тем лучше будет для студентов и тем меньше будет конфликтов. Понятно, что все преподаватели и студенты — личности, поэтому определенное напряжение может возникать. Я согласен со Станиславом, что органы студенческого самоуправления в данном случае — наиболее эффективный способ разрешения конфликтов. Я думаю, что в атмосфере диалога всегда можно решать конфликты эффективно.

Екатерина Гопкало, журналист Inpress.ua: Есть такое мнение, что ничего так не объединяет, как общий враг. С кем или с чем студенты и преподаватели могут бороться вместе?

Куценко: С невежеством. Мы уже поднимали в начале нашего разговора вопрос об уровне и качестве образования, и Евгений говорил, что нельзя с одним и тем же конспектом 30 лет читать одну и ту же лекцию. К счастью, я с этим лично не сталкивался, но я знаю, когда эти лекции читаются, и преподаватели солидного возраста абсолютно не следят за современными тенденциями. И это не делает чести такому вузу, потому что студент пришел туда, чтобы получать новые знания и примеры для подражания. Поэтому этот вопрос должен быть решен. Это достигается тем, что в диалоге преподавателя и студента может быть найдена новая истина.

Интернет — это такая сущность, где настолько много информации, и если на потоке 100 студентов, и 5 или 10 из них прочитают что-то интересное на паре, то пара станет интереснее, и преподаватель сделает себе пометку для следующего курса, и сам посмотрит в интернет. Сейчас источников для получения информации очень много. Не надо сидеть в библиотеке. Я думаю, что должна быть совместная борьба преподавателей и студентов для того, чтобы повышать уровень образования и его качество и расширять круг знаний, которые можно получить в вузе.

Ведущий: Полностью согласен, но хочу дополнить, что на руку и студентам, и преподавателям будет борьба с википедизацией сознания. О чем я: доступность Интернета сегодня больше для студентов, чем для преподавателей. Много преподавателей старшего возраста не всегда считают нужным модернизировать свои конспекты, это объективная реальность. Но есть и другая сторона этой реальности, когда студент считает, что он может по какой-то проблеме открыть статью в Википедии — и этого будет достаточно. Когда и лекционные, и практические занятия будут превращаться в дискуссионный клуб, когда и преподаватели, и студенты будут брать на вооружение высказывание «В споре рождается истина» — это будет общая борьба, которая принесет реальную пользу. Мы не можем прикрывать невежество новыми технологиями. Это приведет к самообману. Мы сами себя будем таким образом обманывать.

Куценко: Да, я обозначил, что Интернет — это дополнительный источник.

Ведущий: Никто не отменял необходимости формирования научного аппарата научных подходов. Высшая школа учит учиться, как бы это банально и громко ни звучало. Но факт остается фактом.

И последний вопрос, может быть, деликатный: идеальный преподаватель/идеальный студент — какие они?

Куценко: Идеальный студент — это тот студент, который пришел учиться и учится, при этом он постоянно развивается, стремится самосовершенствоваться. И уделяет некое время тому, чтобы проводить его со своими друзьями, потому что нельзя и полностью в книги погрузиться, и нельзя полностью предаться развлечениям. Это должен быть баланс, про который мы уже сегодня говорили. Такой студент должен быть общественно активным, потому что позиция, что за тебя кто-то что-то решит, что кто-то тебе что-то даст, особенно работу сразу после университета — это неправильная и устаревшая позиция. Безусловно, студент должен стремиться к тому, чтобы самому чего-то достичь. А идеальный преподаватель, в моем понимании, — это тот, кто помогает в этом студенту и есть его союзником в этом деле.

Ведущий: Считаю, что идеальный преподаватель — это тот, для которого преподавание —осознанный выбор. Это человек, который в курсе проблематики, которую преподает, и который способен в большинстве случаев быть не только теоретиком, но и практиком, то есть может показать конкретный способ, как это делается, на конкретный примерах, опираясь на свой собственный опыт. Что касается идеальных студентов, то я и правда верю, что они существуют. Это те студенты, которые умеют объединять учебу, участие в общественной работе, не забывая при этом, что они — молодые люди и что им надо не только получить знания, а и просто оставаться молодыми людьми, у которых объективно больше времени для того, чтобы получать разнообразные позитивные эмоции.

Благодарю за интересный диалог. Думаю, мы убедили наших зрителей, что преподаватели и студенты могут быть союзниками, а не конкурентами. Напомню — что в гостях был лидер Украинского студенческого союза Станислав Куценко и я — доцент НТУУ КПИ Евгений Магда.

Поделиться

Комментарии

0

Комментариев нет. Ваш может быть первым.

Последние новости

читать
Мы в соц.сетях