Independent press          Свободная пресса          Вільна преса

В первый раз в своей истории Украина выиграла информационную войну с Россией - Сергей Даниленко

25 апреля 2014, 08:00 18
Поделиться

Как Украине противостоять информационной атаке со стороны России, фантомные «крымские» боли, формирование у украинцев «образа врага государства», ошибочная стратегия многовекторности, освоение концепции soft power и информационно-психологические операции. Об этом и многом другом Информационно-аналитический портал Inpress.ua пообщался с доктором политических наук, экспертом аналитической группы Geostrаtеgy Сергеем Даниленко

Вопрос: Страна полна процессов переформатирования, переоценки эффективности коммуникации и создания новых межпрофессиональных союзов, в частности, в экспертном сообществе.

Ответ: В стране, подвергшейся агрессии любой природы, если в ней проживало не население, а все же граждане, происходят процессы консолидации, причем на всех уровнях - от ЖЭКа до интеллектуального рафинированного общества. Вплоть  до «межродового скрещивания» — профессор может составить компанию шахтеру в деле построения баррикад.

Поэтому сейчас мы наблюдаем активизацию процессов взаимодействия в профессиональной среде, опасность стимулирует. Этот процесс объединил гражданских и военных, теоретиков и практиков. Одна из таких групп, куда вошли эксперты по вопросам информационной сферы Института международных отношений Киевского национального университета имени Тараса Шевченко, представители МОУ и Генштаба, медиаэксперты и представители общественного сектора начала ряд практических проектов по противодействию информационной экспансии Российской Федерации.

Да, еще рано говорить о том, что найдены ответы на все вопросы, которые годами были на задворках. Но наработанные рекомендации свидетельствуют — наше государство, вопреки всему, имеет надлежащий научный, методический, кадровый и, в известной степени, технический – в сфере ІT, ресурс, чтобы все-таки дать отпор агрессору в информационном и виртуальном пространстве.

Поэтому результаты работы нашего «бункера мысли» подтверждают, что будущая деятельность Украинского государства должна базироваться на том неоспоримом факте, что информация — ресурс силового противоборства в современном мире.

Словом, государство, стремящееся сохранить свой суверенитет и независимость, обязано заботиться об усилении четырех силовых составляющих — экономической, военной, дипломатической и информационной. Ярким примером здесь могут служить США. 16 мая 2011 года на сайте Белого дома был опубликован документ The US International Strategy for Cyberspase. В нем были сформулированы ключевые направления деятельности американской дипломатии по формированию мировой информационной сферы. Это стало «дорожной картой», по которой работает весь американский внешнеполитический корпус.

Украина же — уникальный случай. По каждому из этих направлений, на старте имея чрезвычайный потенциал, мы наблюдали «общий упадок сил»: сдача ядерного оружия, потеря экономического потенциала вследствие промедления с социально-политическими и экономическими реформами, потеря контроля над гуманитарной сферой, куда мы относим и вопросы информационной сферы.

Где мы можем говорить об определенном контроле, так это в вопросах дипломатической сферы, где отечественные дипломаты, как правило, авангард национального развития, проводили деятельность в интересах государства, хотя и там последние годы происходила откровенное предательство со стороны инкорпорированных представителей «пятой колонны».

Вопрос: Трансформация ментальных особенностей и культурных составляющих общества – вещь довольно редкая, уж очень они консервативны. Лишь только экстраисторичекие процессы могут повлиять на их изменение. Наблюдаем ли мы сейчас подобные процессы?

Ответ: На ментальном уровне у украинцев происходит формирование «образа врага государства» в условиях, когда, до определенной степени, происходит перекройка международных систем и завершение очередного этапа глобального развития. Все годы Украина стремилась развиваться в парадигме пост-биполярного мира, зациклившись на стратегии многовекторности как политическом эквиваленте «естественной толерантности», исторически присущей титульной нации, которая испокон веков населяла эти территории.

Хотя за все это время ключевые потребности самой титульной нации как государтсвообразующей, по меньшей мере, подвергались ограничениям и вторичности. Было недопустимым говорить, что кто-то может потенциально угрожать нам военным вторжением и захватом территорий, чрезмерно сдержанно говорили о том, что язык – государственно-созидательная  единица, а ведь по-другому не бывает. И здесь примером могут быть страны Балтии, территориально и численно меньше, а значит – более подверженные внешней агрессии.

Следует признать, что в стране отсутствовал дискурс на тему «потенциального врага». Кто публично высказывался об этом, сразу же маргинализировался. Причем, не только усилиями официальных государственных структур, что политически обусловлено, но и часто усилиями общественного сектора, медиа, другими социальными институтами.

Аналитики в сфере информационных войн, исследуя возможные модели развития событий и возможные последствия информационного влияния государств-агрессоров, сделали вывод, что информационно-психологические операции (ИПО) останутся инструментом провоцирования локальных конфликтов, которые будут формировать зону напряжения и контроля со стороны тех, кто инициировал ИПО.

Между тем цивилизованный мир, и даже Россия, основой информационного противодействия агрессору и консолидации нации пользуются концепцией soft power. Она стала научно-теоретической базой для формирования как наступательной, так и оборонно-наступательной (как в случае с Украиной) стратегии противодействия информационной агрессии и превращения целых регионов страны в зоны перманентных конфликтов и нестабильности.

Вместе с тем следует помнить, что физические, географические территории в современном мире изменили свое военно-политическое значение. Хотя законов классической геополитики еще никто не отменял, то аннексированный Крым — теперь головная боль РФ. Со временем мы осознаем, что для Украины стоит лишь видоизменить угол восприятия с учетом возможностей информационного проникновения и управления процессами на любой территории, даже временно утраченной. И тогда фантомные боли от потери стихают и процессы входят в естественное русло.

Вопрос: Но сейчас государству, обществу, да просто людям, чьи судьбы резко изменились, придется с этим жить…

Ответ: На этом отрезке времени нас ждет максимально быстрый поиск эффективного алгоритма взаимодействия между государственными структурами, общественными организациями, частными компаниями и международными организациями в условиях информационных войн. Ответ на этот вопрос предусматривает наработки предложений по формированию реальных инструментов ведения информационной войны применительно к нашим обстоятельствам, как наступательного, так и оборонительного характера. При таких условиях повышается роль образования в формировании национальной идентичности как квинтэссенции идеологических постулатов, транслируемых медиа и другими каналами коммуникации. В частности, здесь особую роль сыграют  национальное искусство и культура как источник смысловых форм.

Наша страна уже не первый год находится в ситуации объекта информационных атак скрытого, латентного характера, которые не сочетались с попытками прямой агрессии. Не считая ситуацию с островом Тузла в 2003 году.

Важно сейчас для себя понять, что войну информационную известному агрессору мы не проиграли. Здесь хочу сослаться на авторитет легендарного поляка Адама Михника, который, недавно посетив Украину, заявил, что первый раз в своей истории Украина выиграла информационную войну с Россией. Весь мир смотрит на этот конфликт глазами Украины, а не России, все верят украинской версии событий, а не московской. Практически никто в мире не думает, что сейчас у власти в Киеве фашисты или «бандеровцы».

Вопрос: Однако среди украинских экспертов достаточно много высказывают противоположную мысль.

Ответ: Действительно, ментально-культурные и политические последствия информационной агрессии эксперты, которые объединившись на нашей университетской площадке, определили ряд обобщенных положений. Назовем несколько из них.

Территориальной аннексии Крыма предшествовала информационно-психологическая операция со стороны правительства России, в результате которой удалось сформировать у части жителей Крыма и Востока Украины стереотипы и смысловые установки, оправдывающие вторжение российских войск и формируют образ Украинского государства как несостоявшегося.

Цель этих усилий — реконструкция Советского Союза в новом формате. Здесь стоит добавить еще одно утверждение, которое можно сформулировать после недавнего общения президента РФ с народом. Суть его в том, что территории к западу от российских границ, которые ранее входили в СССР или даже Российской империи, должны стать «серой буферной зоной», чтобы оградить Москву от Европы, с которой в ближайшее время россияне не планируют иметь тесных и равноправных партнерских отношений. (Куда переориентирует Кремль свое государство в ближайшее время, другой вопрос. Ответ на него может дать поездка российского лидера в Китай). «Призвание» этих территорий, по замыслу кремлевских стратегов, — если и не быть частью нового союза, то находиться в состоянии перманентных конфликтов и нестабильности.

В таком направлении происходило и продолжается контролируемое формирование информационной повестки дня под инициативы президента Путина. Доклад Группы глобальной разведки Geostrategy, подготовленный на основе психолингвистического анализа упомянутого общения Путина, дает нам четкие представления о пропагандистских мессиджах «кремлевского мудреца». Посмотрим, как подхватят их штатные агитбригады Москвы и как это будет реализовываться, скажем, в действиях российской дипломатии.

Тем временем в Украине специальные подразделения в различных государственных силовых органах и в медиа, подконтрольных государству, в результате целенаправленных действий были частично расформированы, децентрализованы. Ведь за последние годы частично была разрушена система подготовки кадров для проведения пропагандистских/контрпропагандистских мероприятий как в составе Министерства обороны Украины и Вооруженных Сил Украины, так и в составе других государственных учреждений. А где они остались, там отсутствуют наработанные алгоритмы действий в случае информационной агрессии. Так что приходится все восстанавливать, так сказать, на марше. Благо, есть кому, есть поддержка со стороны экспертов и научного сообщества.

Украина в результате открытой и толерантной позиции отказалась от формирования «образа врага» как интегрированного символа опасности, что несет угрозу государству, обществу, каждому гражданину. Беспрепятственное распространение российскими СМИ дезинформации и пропаганды стало возможным в силу того, что в Украине отсутствует единое информационное пространство. Даже сейчас информационные департаменты различных министерств и ведомств действуют не согласовано, порой подменяя друг друга, берясь распространять нетипичную для них информацию. Например, сообщения военного характера, которые на постоянной основе без согласования с профильным Министерством обороны Украины распространяет информационное подразделение Министерства иностранных дел Украины. Прослеживается также отсутствие координационных усилий представителей гражданского общества и средств массовой информации, что в целом подтверждает факт отсутствия в государственном масштабе координации специалистов в сфере информационного противостояния.

Украинские представительства за рубежом недостаточно используют свои возможности по размещению соответствующего информационного материала в зарубежных медиа. А ведь через них  аудитория сможет получить достоверную информацию о событиях в Украине. Между тем для ведения информационной войны против Украины Россия применяет, по утверждению СНБО  влиятельные лоббистские структуры. В то же время работа отечественных культурных центров за рубежом по разным причинам была свернута.

Сошлюсь на такого авторитета, как Мартин Поллак, слависта и историка, специализирующегося на восточноевропейской истории, который до 1998 года работал редактором журнала Spiegel. По его утверждению, «получить объективную информацию об Украине очень и очень трудно, западные медиа упорно воспроизводят стереотипы и клише об Украине». Соответственно, получение глубокой информации — это главный вызов современности, резюмирует наш немецкий коллега.

Соответственно проблемы политического, финансового, кадрового характера помешали формированию единой информационной стратегии государства. Итак, в условиях кризиса украинской стороне приходится противостоять российским информационным агрессорам на уровне тактических решений, часто с опозданием. Доминирование эмоциональной составляющей в освещении украинской стороной событий в Крыму и на Востоке Украины. А на этом фоне не хватает взвешенного фактического материала, распространяемого из единого информационного государственного центра.

Эксперты уже разработали практические предложения, призванные усилить возможности национальных сил в противодействии информационной агрессии со стороны Российской Федерации или иного потенциального агрессора. На современном этапе неотложной задачей стало обеспечение информационного суверенитета Украины по основным направлениям: организационным, правовым, идеологическим, информационным и электронным. За каждым из этих направлений разработаны и внедряются вполне прикладные задачи.

Поделиться

Комментарии

0

Комментариев нет. Ваш может быть первым.

Последние новости

читать
Мы в соц.сетях